Предупредительный музыкальный сигнал и цветовая расцветка потолка возвестили о том, что полет подходит к концу. Планер завис над замком «Джон Кинг» и, очевидно, запрашивал о посадке. Дядя закончил сумасбродные игры своей университетской молодости и теперь, поглощенный какими-то мыслями, серьезный и озабоченный, уставился в никуда, замерев на мгновение в неудобной напряженной позе. Сергей почувствовал, что Майкла терзают непонятные сомнения. От этого и у Сергея на душе стало тяжело. Неопределенность всегда пугает.

Интерьер кабины снова изменился. Планер пикировал на посадочную площадку огромного, мрачного фамильного замка «Джон Кинг». Скорость падения уменьшилась, и Сергей смог разглядеть очертания этого рукотворного детища. Построенный в XIX веке на монолитной гранитной скале, замок казался парящим в лазурном морском воздухе. Напичканный изнутри самой современной техникой, внешне он напоминал заросшего угрюмого пришельца, безмолвно бредущего из глубины седых веков. Четыре стометровые башни с плоскими крышами и бойницами, рассыпанными по стенам, возвещали о том, что в свое время замок сослужил добрую службу по защите его тогдашних хозяев. Огромные каменные глыбы, поросшие мхом и кустарником, надежно хранили тайны его теперешнего владельца Джона Кинга.

Полет закончился, все стихло, погасло и замерло, и у Сергея вдруг взволнованно забилось сердце. Он предчувствовал встречу с чем-то удивительным и необычайным. Позднее он проклянет ту минуту, когда его нога ступала на серое глянцевое металлокерамическое покрытие этой посадочной площадки. Пока они с дядей рассовывали по многочисленным карманам разные дорожные мелочи, Майкл первым делом спрятал генератор, а Сергей — остатки пищи.

Лазерная вуаль, заменявшая дверь во время полета, исчезла, и они шагнули в коридор на движущийся пол, который вынес их на свет божий. Солнечный свет на секунду ослепил их, но когда зрение восстановилось, Сергей впервые увидел владельца замка Джона Кинга, который широко шагнул им навстречу, протягивая вперед большие руки и радостно улыбаясь. Их кабинка находилась ближе всех к выходу, и поэтому они были первыми из пассажиров, кому крепко жал руки и кого похлопывал по плечам гостеприимный сэр Джон.